12.09.2019 Специальная судебная экспертиза в июле-августе 2019 г


7 июля Ленинским судом г. Мурманска было вынесено решение по делу члена Союза писателей РФ Антона Благина, который был приговорен к штрафу в 10 тысяч рублей по статье 20.3.1 КоАП за текст «Чем Антон Благин так насолил некоторым товарищам, что его всяко-разно пытаются нейтрализовать», по мнению экспертов, разжигающий национальную рознь. Экспертизу проводили эксперты Мурманской лаборатории судебной экспертизы Министерства юстиции РФ Н.В. Лутовинова и А.В. Терехова. Эксперты пользовались методикой члена Amicus О.Ю. Сафоновой.

Исследуемый текст, в частности, содержал высказывание: «если в той войне с Гитлером считалось нормой агитировать советское население плакатами «убей немца», то я не вижу, почему сегодня неправильно агитировать оставшееся в живых население России плакатами «убей жида»?», поскольку «еврейская нация ведет необъявленную войну против русского народа». По мнению экспертов, такое высказывание не содержит побудительного компонента «я хочу, чтобы вы это сделали», и, одновременно, побудительный компонент не выражен ни в жанре текста (который, по мнению эксперта, не является агитационным), ни в коммуникативной ситуации (например, выступление на митинге). Такого рода логика привела экспертов к уверенности, что в данном высказывании «не содержатся признаки побуждения (в том числе, призыва)» к каким-либо действиям. Интересно, что в других аналогичных экспертизах тексты такого типа квалифицируются как «скрытые призывы», поскольку содержат одобрение типа «почему бы нам не сделать так-то и так-то»?

Небезынтересны также и выводы психологической части исследования, в которой психолог Н.В. Лутовинова анализирует  высказывание: «против русских развязана небывалая война. Да, конечно, бомбы не падают на наши головы, пока. Но война давно идет. Свидетельство тому – стремительный рост кладбищ на русской земле и вымирание российской глубинки – исконно русских поселений». С точки зрения эксперта, такое высказывание «…эксплуатирует потребность адресата в безопасности. Далее эксперт обращает внимание, что в данном высказывании еще и «… в этой войне…. роль главных убийц выполняют евреи…», следовательно, по мнению автора экспертизы, это высказывание интерпретируется как сообщение, что «только путем насильственных действий против евреев возможно разрешение данного конфликта». Интересно, впрочем, что выводом психологического анализа в целом является не наличие враждебных призывов (что можно было бы предполагать, учитывая достаточную радикальность текста), а только «формирование негативного/враждебного отношения к представителям группы «евреи». Общий вывод экспертизы таков: эксперты обнаружили в тексте лингвистические и психологические признаки возбуждения ненависти и вражды, а также признаки унижения человека по признаку национальности, и не обнаружили признаков побуждения к действиям, а также разжигания ненависти к каким-то иным, кроме национальных, группам.

Такого рода анализ вызывает наиболее серьезные вопросы в той части, которая касается наличия или отсутствия призывов. Как уже обращалось внимание, в ряде случаев эксперты считают высказывания такого рода «косвенными» призывами и также склонны их считать признаками экстремистского высказывания. В данном же случае довольно резкое по форме и по содержанию высказывание было интерпретировано только как возбуждение вражды и ненависти. В связи с этим еще раз возникает вопрос, насколько соответствует профессиональным критериям сам поиск «скрытых призывов» и не является ли это в высокой степени способом вчитывания экспертом смыслов, которых в тексте попросту нет. В этом смысле хорошим примером является экспертиза по делу «Нового величия».

В конце августа на заседаниях по делу организации «Новое величие», ее члены обвиняются в создании экстремистского сообщества, целью которого являлось свержение конституционного строя РФ. В связи с этим по делу были проведены специальные экспертизы с целью установления наличия или отсутствия призывов к насилию или иным противоправным действиям в документах и листовках организации.

Так, специалистами Московского исследовательского центра психологом Марией Генгер и филологом Марией Кузнецовской еще в октябре 2018 года было проведено исследование материалов и листовок организации. Экспертам были поставлены три вопроса:

1. Содержатся ли в данных материалах лингвистические и психологические признаки побуждения (в том числе в форме призыва) к совершению каких-либо действий (в том числе насильственных, разрушительных, дискриминационных)?

2. оправданию таких действий, а также

3. «признаки обвинения какого-либо лица (группы лиц) в каких-либо негативных действиях»?

Обращает на себя внимание формулировка последнего вопроса – если призывы или оправдания насильственных действий являются уголовно наказуемыми, то совершенно непонятно, зачем следствию получать ответ на вполне очевидный – учитывая антипутинское содержание листовок – ответ на вопрос относительно «обвинения какого-либо лица в негативных действиях».

Простое прочтение политической программы «Нового величия» позволило сделать вывод о том, что «…речь не идет о насильственных, разрушительных действиях, не содержится положительных оценок насилия», но в ней «дается негативная оценка проводимой Путиным и Медведевым политики в целом». Содержание материалов эксперты оценили в целом как политическую программу и политические материалы, направленные на участие в политической кампании, например, президента России.

Показательно, что эксперты, тем не менее, указали, что Устав «Нового величия» включает описание предполагаемой деятельности указанной организации как не исключающей насильственных/ разрушительных действий (так эксперты оценили пункт о возможности проведения акций «прямого действия»). При этом отметили, что «в тексте отсутствует обоснование применения насильственных действий как единственно возможного/необходимого способа реализации целей организации».

 

Кроме того, эксперты сделали вывод о том, что в листовке «Путинскую шайку долой» содержится совокупность психологических и лингвистических признаков побуждения в форме призыва-лозунга лишить власти и влияния представителей российской власти и ее сторонников. В листовке «Освободим Россию от путинской оккупации» эксперты обнаружили призыв в форме побуждения, направленный на формирование у адресата готовности разделять идеологию организации «Новое величие».

По-видимому, такой ответ следствие не устроил, и в декабре 2018 года появилась новая экспертиза Российского федерального центра специальной судебной экспертизы, сделанная психологами Л. Волоховой и Т. Секераж и филологами Е. Крюк, В. Кузнецовой. Эти специалисты, в дополнение к вопросам, поставленным специалистам МИЦ, получили еще и дополнительные вопросы, а именно:

«Имеются ли в представленных материалах психологические и/или лингвистические признаки призывов, побуждения других лиц или оправдания идеологии насилия и/или разрушительных действий (угрозы совершения взрыва, вооруженного нападения, обстрел жилых домов, административных зданий, мест дислокации военнослужащих или иных действий, устрашающих население, создающих опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба и наступления иных тяжких последствий), совершенных в целях оказания воздействия на принятие решений органами власти или международными организациями?»

В большинстве листовок эксперты таких признаков не нашли, однако в Уставе организации обнаружили «совокупность признаков побуждения членов организации «Новое величие» к совершению насильственных действий», поскольку там прямым текстом написано, что организация готова к проведению «акций прямого действия», под которыми эксперты понимают, в том числе, и насильственные действия. В принципе, как кажется, такой вывод допустим, однако непонятно, каким образом такой вывод связан с филологическим анализом; по сути, речь идет о том, включает или нет в себя термин «прямое действие» насилие. Как представляется, никаких «лингвистических признаков» в этой ситуации нет, а речь идет о том, что существует спорный термин, по поводу которого можно было бы спорить в суде, однако это спор не для лингвистов, а для социологов и политологов, которые занимаются проблемами насилия и политического действия.

Тем не менее, выводы и этой экспертизы, по-видимому, следствие не устроили – поскольку очевидно не подтверждали основные позиции обвинения – и оно обратилось к третьей группе экспертов.

В этот раз исследование проводилось экспертом-психологом Калужского государственого университета им. К. Циолковского А. Шихалеевой и лингвистом этого же университета Л. Платоновой. Этим экспертам были предоставлены материалы переписки членов «Нового величия» в закрытом чате.

Используя лингвистические методы, включая оценку высказывания в определенном контексте, эксперты определили, например, что выражение из диалога в чате «раскачивать лодку… украинцы же смогли» является доказательством того, что «стратегической целью НПО «Новое Величие» является борьба против существующей государственной власти с помощью массовых протестных акций… высказывание же «украинцы же смогли» является аллюзией на массовые акции протеста, которые привели к смене политического режима в Украине.

Одобрение же действий протестующих в Иране оценивается экспертами как «оправдание применение насилия, как в Иране».

Эксперты пришли к выводу, что «…коммуникант….. меняет на положительную любую существующую у аудитории оценку применения насилия против полиции в рамках антиправительственных протестов в России». Такой вывод трудно оценить, исходя из формально-научных критериев, возможно только прокомментировать, что утверждение, согласно которому одобряющие действия протестующей молодежи в Иране таким образом одобряют насилие против полиции в России никак не подтверждается каким-либо способом, поддающимся верификации.

Высказывание из чата «хорошо бы туда молот (коктейль Молотова-Д.Д.) кинуть, удобненько»… квалифицируется экспертами как призыв к использованию насильственных методов против оппонентов. В дальнейшем все исследование сводится к цитированию фраз из записанных разговоров членов группы и пересказу их содержания в более общем виде. По мнению экспертов, в записях разговоров есть, среди прочего,

- призывы изучать опыт протестов и применять полученный опыт (якобы предполагающий насилие против полиции) в ходе антиправительственных протестов,

- положительная оценка применения насильственных методов в деятельности организации против политических противников.

Надо сказать, что в чатах действительно обсуждались такие темы, однако вызывает сомнение представление пересказа содержания чатов в общей форме как результата научного анализа. Тем не менее, авторы заключают, что хотя «методы, которыми члены организации призывают действовать, не названы прямо, но раскрываются в контексте предоставленного массива материалов», поскольку анализ этих материалов доказывает «положительную оценку членами организации применения насилия для свержения существующей в стране конституционной власти».

Подобный вывод позволяет экспертам, в частности, эксплицировать свои выводы и на анализ листовок, заключая, что « …креализованный текст с призывом «путинскую шайку долой» содержит лингвистические признаки имплицитно выраженного оправдания смены существующей власти, в том числе, как показывает анализ предоставленных материалов, насильственными методами». Наконец, эксперты в своих выводах по всему материалу уже утверждают, что «достижение поставленной цели для членов «Нового величия» допустимо только с применением насильственных действий»

Такого рода импликация вызывает большое сомнение именно потому, что каким-то образом частные обсуждения вдруг становятся «основными методами» организации, а затем уже и способом интерпретации вполне обычных оппозиционных листовок. В то же время следует обратить внимание, что все эти рассуждения были бы вполне нормальны со стороны прокурора, однако кажутся совершенно несвязанными с лингвистикой и лингвистическим анализом.

Таким образом, методологической проблемой этого заключения является широкое использование «контекста» - некий текст, произнесенный в той или иной ситуации произвольно становится общим для всех политических высказываний и, таким образом, доказывает общее стремление организации «Новое величие» к применению насилия.

Такой же пример поиска гипотетического насилия наблюдается и в деле блогера Синицы, который был осужден на пять лет за твит, который, по мнению известных нам экспертов Центра социокультурных экспертиз Н. Крюковой и А. Тарасова, призывает к расправам над детьми сотрудников Росгвардии.

Перед ними была поставлена задача выявить в тексте твита по поводу возможного похищения детей сотрудников правоохранительных органов. Этот пост был написан в ответ на другой пост, который предполагал необходимость бить «дрищей» (так автор поста обозначил митинговавших) и предлагал пользователю «Голос Мордора» подумать над возможностью ответных действий митингующих. Эксперты получили задание определить «…наличия признаков призыва пользователей — широкого круга лиц, применять насилие в отношении близких родственников сотрудников правоохранительных органов, призывов к похищению детей исключительно сотрудников правоохранительных органов с последующей расправой над ними, иных признаков возбуждения вражды и ненависти ко всем сотрудникам правоохранительных органов и членам их семей».

 

В своем анализе эксперты ЦСЭ – преподаватель математики и политолог - хорошо известные Amicus curiae своими в высшей степени скандальными заключениями, квалифицируют упоминание полиции в тексте Синицы как прием манипуляции — создание «образа врага», а затем обобщают, что «негативное отношение к этой группе пользователь <…> выражает в форме вербальной агрессии и стеба, которые демонстрируют деструктивное поведение, противоречащее нормам существования в обществе, наносящее моральный и физический (так в тексте! — Д.Д.) ущерб окружающим, а также вызывающее психологический дискомфорт других коммуникантов». Таким образом – заключает экспертиза – твит содержит в себе призыв к насилию в отношении детей сотрудников правоохранительных органов.

Предоставленные стороной защиты эксперты - специалисты АНО «Судебный эксперт» филологи Мария Куликова и Александр Карагодин в своем альтернативном заключении указали на то, что высказывание по поводу детей является, прежде всего, воображаемым, там отсутствует категория призыва к подобным действиям; более того, речь идет о спонтанном реактивном высказывании, которое было результатом провокации в тексте пользователя «Голос Мордора», предсказывающем насилие в отношении протестующих со стороны полиции. Обращаясь к выявленному в заключении Крюкова и Тарасова противопоставлении митингующих и полиции, эксперты утверждают, что «никакого противопоставления в самом высказывании нет, и потому невозможно рассматривать его как реальный призыв к действию» - заключили два профессиональных филолога.

Однако наличие альтернативного заключения с достаточно серьезными выводами одновременно с указанием на недостаточную квалификацию экспертов со стороны обвинения судью не убедили, она посчитала предоставленную обвинением экспертизу «заслуживающей доверия», а предоставленную защитой – недостаточно убедительной.

Надо сказать, что в целом твит Синицы мог бы быть, вероятно, таким же образом пониматься как «скрытый призыв», однако, как представляется, это целиком и полностью подтверждает чрезвычайно предположительную природу самой категории «косвенного призыва» и возможность злоупотреблений этой категорией в ситуации, которая допускает множество прочтений.


АВТОРИЗАЦИЯ






Вступить в сообщество Забыли пароль?